Западный поход Тимура

тамерлан1Начало здесь, здесь и здесь

Сразу по возвращении из Индии Тимур приступил к подготовке большого семилетнего похода на Запад. Он выдал войскам жалованье за 7 лет, частью за прошлое время, а частью вперед. Надо отметить, что маршрут очередного похода завоеватель всегда тщательно скрывал даже от приближенных. И на этот раз он не спешил раскрывать карты. Правда, особой тайны в том, куда собирается Железный Хромец, не было.

Продолжались беспорядки во владениях сошедшего с ума Миран-шаха. В 1393 году Тимур назначил своего 27-летнего сына наместником в Северном Иране, Ираке. Центром наместничества был город Султания в северном Иране. Трагическое падение с лошади осенью 1396 года отрицательно сказалось на здоровье Миран-шаха. Он повредил при этом падении голову и лицо. Искусные врачи и хирурги сделали всё возможное и восстановили его физическое здоровье, но сознание его осталось помутненным — «туман окутал уравновешенный центр его сознания».

Миран-шах пьянствовал, развратничал, играл, безудержно проматывая состояние. Совершал беспричинные злодеяния. Приказал выкинуть из могил останки некогда прославленных людей, разрушал памятники. Казнил даже тех, кто пользовался покровительством Тимура. Совершенно не занимался государственными делами, что привело к нескольким восстаниям. Сановники использовали безумие правителя в своих интересах, безудержно обогащались.

Кроме того, опасения у Тимура вызывало укрепление соседних держав. Усиливались позиции египетского султана Фараджа и османского султана Баязида. Еще в 1393 году амбициозный предшественник Фараджа Баркук приказал убить послов Тимура, а затем сам был убит людьми последнего. Его сын Фарадж вошел в союз с Баязидом. Баязид Йилдырым, что значит Молниеносный, вообще имел основания считать себя не менее одаренным полководцем, чем Хромец. В 1389 году в битве на Косовом поле, в которой османы одержали убедительную победу над сербами, Баязид был одним из военачальников армии своего отца султана Мурада. Мурад был убит сербским витязем Милошем Обиличем, и правление немедленно взял в руки Баязид. В сражении на Косовом поле армия сербов была разбита. Баязид жестоко отомстил за убийство отца, истребив большую часть сербской знати, находившейся на Косовом поле. Сербия стала вассалом Османской державы. Опасаясь конфликта по поводу наследования, Баязид первым делом после обретения власти приказал задушить своего брата Якуба, пока тот, не ведая о смерти султана, находился в Анатолии. Баязид ввёл в практику братоубийство, которое весьма укоренилось в истории османской династии. Считалось, что убийство предпочтительнее возможных конфликтов между братьями.

После покорения Сербии Баязид завершил завоевание Анатолии. В 1389—1390 гг. османский султан перебросил войска в Анатолию и провёл стремительную кампанию, покорив западные бейлики Айдын, Сарухан, Гермиян, Ментеше и Хамид. В результате османы вышли к берегам Эгейского и Средиземного морей, их государство делало первые шаги к статусу морской державы. Зарождавшийся османский флот опустошил остров Хиос, начал совершать набеги на побережье Аттики. В 1390 году Баязид завладел Коньей, столицей крупного бейлика Караман. Через год караманский бей Ала ад-дин ибн Халил возобновил войну против Баязида, но был разбит, взят в плен и казнён. После Карамана последовали завоевания Кайсери, Сиваса и северного эмирата Кастамону, что дало османам доступ к порту Синоп на Чёрном море. Большая часть Анатолии теперь находилась во власти Баязида. И Османская держава имела выходы в Средиземное и Черное моря.

Затем Баязид, укрепив армию анатолийскими войсками, снова вторгся на Балканы. Османская армия в 1393 году овладела столицей Болгарии, городом Тырново. Болгарский царь Иоанн-Шишман, который при Мураде был вассалом османов, был схвачен и убит в 1395 году. Болгария окончательно утратила независимость и надолго стала провинцией Османской империи. В 1394 году турки вторглись в Валахию и захватили её. В этот же период османы в первый раз осадили Константинополь. В 1394 году турки вторглись в Грецию, захватили важные опорные пункты в Фессалии и продолжили вторжение в Морее. В то же время была завоевана большая часть Боснии, и началось завоевание Албании. В 1396 г. в Никопольском сражении османы уничтожили армию крестоносцев. Разбив крестоносцев, Баязид вернулся к Константинополю. Османский флот был разгромлен христианскими кораблями маршала Бусико. Однако Константинополь был в осаде уже шесть лет, и его падение было неизбежным. Тысячелетняя Византийская империя была на волоске от гибели. Спасительным для Константинополя стало вторжение армии Тимура.

Одновременно Баязид активизировал военную деятельность на востоке своего государства. В 1400 году он захватил город Арзинджан, где правил вассал Тимура. Также при дворе Тамерлана, объявившего себя наследником Чингисхана и сюзереном всех тюркских правителей Анатолии, нашли приют правители покорённых османами малых бейликов. Так что положение на западе державы Великого Хромца было очень тревожным. Две великие державы должны были столкнуться.

Поход на Запад

Однако зимой 1399 года армия Тимура неожиданно двинулась на юг. Вся Азия было решила, что Хромец отправился проверить дела Шахруха, владетеля Пакистана и Афганистана. Но за два перехода до Герата — столицы Шахруха — Тимур неожиданно повернул на запад и вскоре отстранил от власти Миран-шаха в его столице Султании. Эмиром огромного улуса Хулагу стал сын Тамерлана Пир-Мухаммед.

Поход продолжался, хотя знать выражала недовольство. После богатств Индии эмиры не хотели воевать. Они указывали, что воины ещё не отдохнули после Индийского похода. Однако Тимур сказал: «Победы не зависят от численности воинов, ни от их вооружения, но лишь от воли Аллаха». И добавил, что удача его ещё ни разу не обманывала.

Тимур дошел до самых границ государства турок-османов, в августе 1400 года взял города Сивас и Малатию, располагавшиеся в плодородных областях Малой Азии, которые Баязид уже считал своими владениями. В Сивасе живыми в землю закопали несколько тысяч армян-христиан. Оттуда Железный Хромец опять внезапно повернул на принадлежавший египтянам город Халеб (Алеппо) в Сирии. Тимур не хотел оставлять на фланге своей операционной линии египетские войска. Сирийско-египетские войска не смогли противостоять железной армии Тимура, и были сметены.

Крепость Халеб-Алеппо считалась неприступной. Однако 30 октября Халеб был взят обманом. Тимур дал обещание не пролить ни капли мусульманской крови, и действительно христиане были перерезаны, а вот мусульмане без всякой крови закопаны в землю живьем. В целом Тимур был истинным мусульманином тогда, когда это не касалось войны. Так, об этом «правоверном магометанине» существует следующая легенда. При взятии одного ближневосточного города воины спросили у эмира, как надо поступать с горожанами, среди которых было много представителей разных конфессий и в том числе мусульман. «Рубите всех, — ответил Тимур, — Аллах на небе узнает своих!»

Хама и Хомс сдались без боя и поэтому Тимур их обложил легкой данью. Затем был штурмом взят Дамаск. Тимур отдал город на разграбление своим воинам. Умелые бойцы, египетские мамелюки ничего не могли противопоставить военной машине Железного Хромца. Египетская армия скрылась в Синайской пустыне. На Каир Тимур войска не повёл. Пока османы могли напасть на него со стороны Северного Ирана, в Египет войска вести было нельзя.

В июне 1401 года армия Тимура совершила стремительный марш-бросок на восток, сровняв с землей Мосул и Багдад. Падение Багдада стало одной из самых ужасных страниц в истории войн. Багдадцы сопротивлялись в течение долгой 40-дневной осады (Тимур уже захватывал город в 1393 г. и его жестокость хорошо знали). Ворвавшись все же в город, Тимур не пощадил никого. Из голов были сооружены «башни», было убито до 90 тыс. человек. Были разрушены все памятники Багдада. Если в Узбекистане Тамерлана считают просвещенным правителем, национальным героем, объединителем страны, защитником от монголов и покровителем культуры, то в Ираке, Иране, Сирии столетиями Тимур был воплощением ужаса.

Война с османами

Зиму Тимур провел в Грузии, после чего опять пошел на запад. К тому моменту его отношения с Баязидом были уже вне дипломатии. Правители успели обменяться несколькими резкими письмами, в которых турецкий султан переплюнул противника в искусстве оскорблений. Тимур, вообще-то, не хотел выглядеть зачинщиком войны, поэтому долго вел себя довольно учтиво, а вот турок в выражениях не стеснялся и пообещал, что не только возьмет себе его гарем, но и обесчестит прилюдно любимую жену полководца.

Баязид также пообещал гнать Тимура до Тебриза и Султании: «Во что вмешивается этот бедолага? Не думает ли он, что имеет дело с неким диким племенем горцев или с трусливыми индусами? Ежели ему приспела охота сразиться, пусть приходит. Не придет — я сам его найду и буду гнать до Тебриза и Султании».

При этом, видимо, следует признать ошибкой Баязида то, что он, столь решительно выступая против врага на бумаге, не вступился за ближневосточных союзников во время кампании 1400-1401 годов. Таким образом, Тимур получил возможность расправиться с противниками по очереди. Только зимой, пока противник был занят на Кавказе, Баязид отправил отряды к Алеппо, Эдессе и в другие города. Вероятно, он хотел вести войну на юге, поближе к египетскому союзнику, но Железный Хромец не дал ему реализовать этот план и искусным движением, угрожая зайти в тыл султану, заставил того вернуться для войны на север Малой Азии. Возможно, такая стратегическая ошибка Баязида связана с его моральным и физическим состоянием. Его физическое состояние и умственные способности были подорваны тягой к пьянству и разгульной жизни.

К весне в вооруженных силах империи Тимура было уже около 800 тысяч воинов. В апреле 1402 года его 200-тысячная армия переходит Куру, направляется на Эрзерум и потом вторгается в северные азиатские владения Баязида, спустившись с гор на Анатолийскую равнину. В Анатолии войсками Тимура был опять разграблен Сивас. Теперь османскому султану уже необходимо было начать военные действия. В Сивас прибыли его послы для переговоров. В их присутствии Хромец провел смотр войскам, во время которого начальники частей войск, изъявляя Тимуру готовность жертвовать для него всем, клялись не оставить ни одного кустарника в землях его врагов, разграбить Анатолию и ниспровергнуть османов. Послы уехали под большим впечатлением от мощи вражеской армии и, вероятно, передали такое настроение многим турецким командирам.

Пока же османские послы были в гостях у эмира, тот послал разведывательные отряды с целью выяснить местонахождение противника и общую обстановку. Разведка сообщила, что дорога к ближайшему большому городу Токат (к северу от Ангоры — нынешней Анкары) идет через лес и довольно узка. Турецкие же войска, сообщили разведчики, появились в окрестностях Токата и заняли все переправы через реку Кизил-Ирмак. Тимур решил переходить реку в более удобном месте. С этой целью эмир двинул свои силы сначала на Кесарию. Он не хотел встречаться с сильной турецкой пехотой в лесах и на узких проходах. Необходимо было выманить её на открытое место, где конное войско Тамерлана имело бы значительное преимущество. Кроме того, Тимур склонялся к мысли, что пока надо действовать на коммуникациях противника, истощать его малыми схватками. Чтобы перервать сообщение османской армии со столицей — городом Брусса, — из Кесарии Тимур совершил на удивление быстрый для имевшегося у него количества войск переход к Анкаре. Город был осажден, и армия Баязида для снятия осады вышла на равнину. Турки попробовали зайти противнику в тыл, но Тимур, похоже, был готов к этому. Он отступил от Анкары, его армия сделала небольшой переход и укрепилась лагерем на той же равнине, к северо-востоку от города.

Ангорская битва

Хромец перед битвой предпринял ряд шагов направленных на победу. Через своих лазутчиков Тимур предложил анатолийским беям, которые входили в войско Баязида, перейти на его сторону, пообещав им выдать давно не выплачиваемое султаном жалованье. Кроме того, Тимур приказал осуществить инженерные работы. Его люди с помощью прорытого в кратчайшие сроки канала отвели воду небольшой речки Чубук в сторону, в специально подготовленный резервуар, лишив таким образом армию Баязида этого необходимого на поле битвы ресурса. Начинать с десятками тысяч солдат и лошадей крупное сражение, если рядом нет источников воды, было опасно. Особенно в Малой Азии летом. Османский султан же такими предосторожностями себя не мучил. Он за несколько дней до битвы провёл ещё и необязательную охоту, изнуряя своих людей.

Точных данных о численности двух великих армий нет. Армия Тимура могла доходить до 140 тыс. бойцов. Численность армии Баязида — 70-85 тыс. человек (по другим данным — до 200 тыс. человек). Баязид построил свои войска тылом к горам, перекрыв левым крылом дорогу, ведущую из Ангоры-Анкары в северо-восточные провинции. Левое крыло составляли вассальные сербские войска под командованием Стефана Лазаревича. Они отличались высокой боеспособностью. На правом крыле стояли анатолийские войска под командой Сулеймана, сына султана. В их состав входили татарские отряды (18 тыс. солдат) и войска анатолийских беев (тоже 18 тысяч). В центре на возвышенности находились янычары, за ними в низине — кавалерийский резерв из тяжелой конницы (сипахов). Таким образом, в турецком войске наиболее сильным оказался центр боевого порядка.

Войска Тимура были выстроены в три линии. Первая линия сама по себе состояла из трех подлиний: сначала авангард в рассыпном строю, затем слоны и, наконец, главный авангард сплошной линией. Вторая линия Тамерлана состояла из выдвинутой выступом на флангах кавалерии. В третьей линии находился отборный резерв.

Сражение началось с того, что правое крыло авангарда Тимура атаковало сербов. Эти атаки были отбиты. Тогда на славян обрушился весь правый фланг армии Тимура. Целью наступления войск Хромца было отбросить армию Баязида с Анкарской дороги и прижать к горам. Однако сербы сражались яростно и выстояли. Скупой на похвалу Тимур, чье лицо, по сообщению арабских хронистов, в течение тридцати лет активной завоевательной деятельности ни разу не смягчила улыбка, даже сказал своей свите: «Эти оборвыши бьются, как львы».

На левом крыле его воины действовали более успешно. Татарские всадники и часть анатолийских беев довольно быстро перекинулись на сторону противника. И Сулейман начал постепенно отступать с оставшимися у него войсками на запад. Его братья также с частью сил бросили поле боя: Мухаммед подался на северо-восток в горы, Иса бежал на юг.

На правом крыле войска Тимура снова атаковали сербов. Те были окружены и отрезаны от основных сил Баязида, но не смутились и пошли на прорыв. После жестокого боя сербы смогли всё же прорваться в центр и соединиться с янычарами. Однако силы уже были неравны. Фланги Баязида были смяты и уничтожены. В конце концов, центр турецкой армии сбросили с дороги и оттеснили к горам. Тимур бросил свой резерв добить врага.

Сербы, поняв, что дело проиграно, стали отходить за Сулейманом на запад, в Бруссу. До начала этого отхода Стефан предложил султану спасаться, но тот изъявил желание сражаться до конца. Вскоре его янычары были окружены и все перебиты. То же произошло и со значительной частью турецкого конного резерва. Султан Баязид с небольшим отрядом отражал нападения врага до ночи, наконец попытался прорваться с поля боя, но его лошадь пала, его пленил и представил своему повелителю один из ханов чагатайской орды Мамуд. Погоня за основными силами бегущих турок продолжалась в течение пяти суток. Османов преследовал 30-тыс. конный корпус. Сулейман еле успел добраться до моря, где сел на корабль и спешно отбыл в Румелию (европейские владения османов на Балканах). Сулейман утвердился в Эдирне (Адрианополе).

Таким образом, в одном из крупнейших сражений в мировой истории Баязид Молниеносный встретился с гораздо более сильным соперником. Хромец уничтожил армию Баязида и разрушил его державу. Есть легенда, что когда к Тимуру привели султана, сказал: «Видно, судьба невысоко ценит власть и обладание обширными царствами, когда раздает их калекам — тебе, кривому, и мне, хромому» (Баязид был одноглазым). Османского султана посадили в железную клетку и еще некоторое время возили за Тамерланом. Султан вынужден был наблюдать, как его жены в голом виде прислуживают сопернику и его воинам во время пиров. 8 марта 1403 году Баязид скончался в плену.

Воины Тамерлана после Анкары разрушили османскую столицу Бруссу и Измир (Смирну). В Бруссе была захвачена огромная добыча (османы немало награбили в прежних войнах). Смирна принадлежала родосским рыцарям и ранее османы не могли взять христианский город в течение многих лет. Тимур блокировал город 2 декабря 1402 г. и через две недели мощная крепость пала. Тимур, как обычно, проявил находчивость, а его воины эффективно реализовали замысел повелителя. Османы не могли взять город, так как тот получал морем помощь и припасы. Не имея флот, Тимур нашел выход. Он приказал построить огромную дамбу из бревен и покрыть их шкурами. Саперные подразделения под прикрытием лучников построили огромное сооружение. Горожане сначала смеялись, затем пытались остановить работу факелами и камнями. А когда прибыла помощь из Родоса и Кипра, было уже поздно. Вместо ядер в христианские корабли полетели головы убитых горожан.

Поражение при Анкоре привело к распаду Османской державы, сопровождавшемуся междоусобицей между сыновьями Баязида, мятежами крупных феодалов и крестьянской войной. Потерявшей практически всю свою территорию Византии поражение турок дало полувековую отсрочку.

Однако Тимур не стал переносить войну в Европу и добивать Османскую державу. Он успокоился на достигнутом. В 1404 году Железный Хромец вернулся в Самарканд. В его руках находились уже колоссальные территории: Мавераннахр, Хорезм, Хорасан, Закавказье, Персия, Пенджаб. Но этого великому завоевателю было мало. Тимур давно лелеял мечту о походе в Китай.

Это интересно

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *